СТОИТ ЛИ ЧЕГО-ТО КИТАЙСКИЙ ШОЛКОВЫЙ ПУТЬ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ!?

Foto: Peter Brookes/The Times

С начала пандемии коронавируса, вспыхнувшей в Китае, вернее в городе Ухань в декабре 2019 года, некоторые страны обвиняют Китай в том, что ее власти не предупредили мировую общественность об угрозах и возможных масштабах пандемии. Китай опроверг эти обвинения, но некоторые страны Запада, как пишут их СМИ, уверены в том, что «контролирующая всё» Коммунистическая партия Китая скрывает вызванный вирусом COVID-19 беспорядок в мировом масштабе. Китай опроверг эти обвинения, но некоторые страны Запада, как пишут их СМИ, уверены в том, что «контролирующая всё» Коммунистическая партия Китая скрывает вызванный вирусом COVID-19 беспорядок в мировом масштабе. Эти СМИ утверждают, что обычно всё, чем занимаются китайские ученые, должно пройти через фильтр Коммунистической партии Китая, и только после этого можно делать публичные заявления. Позиция партии, по словам упомянутых выше СМИ, заключается в том, что иностранные ученые не должны сотрудничать с китайскими и быть осведомлены об их работе. Западные СМИ также пишут, что о судьбе троих китайских ученых, знавших о смертельности коронавируса, ничего не известно. Оглядываясь назад на крупный проект Коммунистической партии Китая «Один пояс и один путь», многие задаются вопросом, чего стоить после всего этого «Китайский Шелковый путь здравоохранения», учитывая его негативные последствия по всему миру, а также –можно ли сказать, что Китай победил коронавирус!? Для многих победа над коронавирусом должна подразумевать соблюдение прав человека. Некоторые страны пригрозили подать иск против Китая из-за сокрытия своевременной информации о смертельности этого вируса. Так, например премьер-министр Австралии Скотт Моррисон заявил, что выступает за проведение независимого расследования о происхождении коронавируса, чтобы такая пандемия не повторилась. Из-за этого Китай снова пригрозил Австралии бойкотом их товаров. Похожая ситуация происходит и с Новой Зеландией, Германией и другими...

На тему Сербия, Китай и Европа для МС пишет редактор агентства БЕТА ДРАГАН ЯНЬИЧ


ИНТЕРЕСЫ И ДРУЖБА

В разгар кризиса, вызванного пандемией коронавируса, Китай и председатель Китая Си Цзиньпин были чуть ли не с восторгом представлены сербской общественности как спасители нации, в отличие от Евросоюза (ЕС), запретившего экспорт медицинского оборудования. В редких случаях и лишь некоторые СМИ публиковали данные о том, что Евросоюз (ЕС) является крупнейшим донором, когда речь идет о здравоохранении (да и вообще), и еще реже упоминался тот факт, что китайское медицинское оборудование и аппараты ИВЛ были закуплены в основном до того, как подробная информация стала доступна общественности.

Отношение к помощи Китая во время пандемии можно считать своего рода метафорой Сербии в ее попытках занять позицию получше на международной арене. События рассматриваются «на ходу» и используются в соответствии с текущей ситуацией или текущими внутриполитическими потребностями власти, а о наличии четкой концепции, которой страна бы придерживалась хотя бы несколько десятилетий, не может быть и речи. Каждая правящая верхушка создавала концепцию в соответствии со своими стремлениями и интересами, не обращая должного внимания на экспертов, усердно занимающихся этой проблематикой; экспертов этих у нас, правда, не так много, но они все-таки есть.

В новейшей истории все начиналось с политики четырех «столбов», и столбы эти – Россия, Китай, ЕС и США. Основной внешнеполитической целью Сербии оставалось вступление в ЕС, и на практике это значит, что Сербия должна опираться на четыре столба, но при этом объединиться с одним из них. Это, может быть, стало бы осуществимо если бы стратегические цели и политика каждого из этих четырех столбов были согласованными и координируемыми на высоком уровне, а не разнообразными и зачастую полностью противоположными. Словом, это была «невыполнимая миссия», которую для себя выбрала бывшая власть во главе с Демократической партией (ДС).

Идеи

На продвижение идеи «четырех столбов» впустую потрачены время и силы, а Сербия упустила возможность четко показать где находится ее дом (к чему она относится), и с кем вне этого дома (и в какой степени) она желает сотрудничать, не нарушив при этом существующие позиции. Также произошло значительное увеличение экономического присутствия Китая в регионе, особенно в Сербии; само по себе это не может быть проблемой, поскольку любая страна, вне зависимости от того является ли она членом ЕС или нет, вправе осуществлять торговлю и заключать сделки в своих интересах и с кем угодно. Члены ЕС, конечно, должны соблюдать нормы ЕС, и это настоятельно рекомендуется и тем странам, которые хотели бы, но пока не стали ее членами.

Ни в коем случае не рекомендуется (особенно странам, являющимся географической или политической частью Европы) делать ходы, которые ведут к противостоянию интересов разных игроков на международной арене. А именно такой шаг был сделан подчеркиванием значения сотрудничества с Китаем и китайской помощи, причем – в противоположность ЕС. На пике пандемии такой подход шел на руку правящему блоку, и не из-за оборудования, которое государству удалось приобрести, а потому что это стало площадкой, на которой доказывались эффективность и полная преданность власти борьбе за здоровье и благополучие народа.

Когда пандемия пошла на спад, усилились контакты с Брюсселем и старания «загладить» проблему, но горькое впечатление все-таки осталось. Это впечатление не окажет решающее влияние на евроинтеграцию, но, бесспорно, и не поспособствует ей. При этом, у Сербии и сегодня нет четко определенной и разработанной концепции внешней политики. Декларативная направленность на ЕС и выраженная потребность в сотрудничестве и с другими крупными экономическими и военными силами является некоторым определением, но его очевидно недостаточно, чтобы при осуществлении ходов во внешней политике учитывать долгосрочные цели и мировые обстоятельства, а лишь текущий политический интерес и потребность собрать баллы на внутренней политической сцене.

Интересы

Мировые державы и международные обстоятельства, как говорится, заботятся о своих делах и своих интересах, а на Сербию и другие страны обращают внимание в той степени, в которой это соответствует их потребностям и интересам. Китай, являясь государством с самым долгим существованием, не представляет исключения в этом смысле. Это государство разрабатывает долгосрочные планы и инвестирует учитывая их, а также стараясь потратить как можно меньше и получить для себя как можно больше. Китайцам скорее всего нравится, когда их председателя глава какой-нибудь другой страны называет братом и описывает как спасителя нации, но это точно не заставит их изменить свой основной принцип – руководствоваться своими долгосрочными интересами и целями.

В двух словах: если они строят железные дороги, они строят их за счет кредитов, одобренных государствами, в которых ведутся эти работы; и эти кредиты, разумеется, должны быть своевременно погашены. Такой же принцип они применяют при строительстве мостов или заводов, и это вполне ожидаемо. Если они инвестируют в инфраструктуру Сербии, они не делают этого, чтобы поспособствовать развитию Сербии, а для того, чтобы им было проще установить сотрудничество с другими странами ЕС, которые намного богаче Сербии. Они помогали во время пандемии (и сегодня помогают) и другим странам региона и мира, и одна из их целей – уменьшить возможный ущерб из-за обвинений в том, что они скрывали информацию о коронавирусе и таким образом проторили путь для его распространения по всей планете.

Даже если бы Сербия действительно однажды захотела стать главным союзником Китая в регионе, она ни коим образом не смогла бы добиться этого противостоя ЕС. Потому что, и это стоит напомнить, цель Китая – не укрепить свою позицию в Сербии, а продавать свои товары самым богатым странам мира. Если Сербия не поймет этого и не начнет создавать устойчивую стратегию, которой она будет придерживаться и на практике, то страна не сможет извлечь соответствующую экономическую пользу из того факта, что она просто географически расположена в месте, через которое Пекин желает расширять рынок сбыта, то есть, говоря языком дипломатии, укреплять экономические и политические связи с Западом.

Китай является важным и растущим фактором в глобальной политике и экономии, и такой стране, каковой является Сербия, не в интересах пренебрегать его предложениями лишь потому что верит, что ЕС – ее потенциальный «дом» – желает этого. Но, оценивая собственную позицию и принимая решения, она должна учитывать, что, когда речь идет о глобальных отношениях, она скорее является объектом, чем субъектом событий. Она должна строить хорошие отношения с такими странами, как Китай и Россия, стараться «читать» их интересы и воспользоваться ими. Именно от того, насколько она успешно «читает» и применяет «прочитанное» и зависит ее будущее; этому она могла бы научиться у некоторых из соседних стран.